Порой самые невероятные истории возникают на линии боевого соприкосновения в ходе специальной военной операции. Именно такой случай и произошел с ветераном боевых действий Вадимом КОКАРЕВЫМ.

С армией наш земляк был связан с детских лет. Отец — офицер, служил на Семипалатинском полигоне, где проживал вместе со своей семьей. Поэтому с армейскими порядками и дисциплиной Вадим успел познакомиться в совершенстве.

После школы, которую окончил уже в Асбесте, куда Кокаревы перебрались к родным вскоре после развала Советского Союза, он прошел обучение в горном техникуме и был призван в инженерные войска Российской армии. Где и проявил себя с лучшей стороны — домой возвратился в звании старшего сержанта, чего мало кому удается добиться за время срочной службы.

Казалось, что в мирной жизни Вадим Кокарев нашел свое призвание — работал в буровом цехе ПАО «Ураласбест», затем был инженером-испытателем бурового оборудования на одном из заводов Екатеринбурга, еще позже стал предпринимателем. Но готовность встать на защиту Родины была, что называется, в крови. Особенно это чувство обострилось с началом специальной военной операции. А последним толчком послужила встреча летом 2023 года с закадычным другом, мобилизованным на СВО и пришедшим в свой первый отпуск.

— Поехали на Донбасс, нам нужна помощь, — предложил приятель.

И уже через месяц — в июле 2023-го, Вадим Кокарев, подписавший через военкомат контракт с Министерством обороны, оказался на территории Луганской Народной Республики в отдельном батальоне материального снабжения. Профессией водителя он в совершенстве владел еще со срочной службы. Поэтому и получил в свое распоряжение грузовой автомобиль-вездеход «Урал» с крытым тентом кузовом.

На нем пришлось возить и военнослужащих, и боеприпасы, и продовольствие на линию огня как в Луганской, так и в Донецкой Народной Республике. В сильную распутицу, которая характерна для черноземных земель, водителю удавалось проезжать там, где застревал иной транспорт, и своевременно выполнять задания командования.

Но, как всегда, непредсказуемыми являются военные пути-дорожки. В начале 2024 года командование перевело Вадима в штурмовую часть, и он оказался на территории только что освобожденной Авдеевки в Донецкой Народной Республике.

В новом подразделении примерно через неделю его назначили исполняющим обязанности командира взвода и присвоили боевой позывной — Спартак. Чем руководствовался его непосредственный командир, доверяя фактически новоявленному штурмовику исполнять офицерскую должность, наш земляк не знает до сих пор. Но за решение поставленной перед ним задачи взялся рьяно. Тем более, что вопросов и по обустройству быта, и по снабжению взвода, и по другим направлениям всегда возникало много.

Но главной целью оставалось участие в штурмах вражеских позиций, где Вадим Кокарев выступал командиром группы. Чаще всего неприятеля приходилось выбивать из окрестных лесопосадок. Освобождая одну за другой лесополосы, штурмовики продвигались вперед.

События, начавшиеся 28 мая 2024 года, навсегда сохранятся в памяти Вадима. Двум штурмовым группам поступил приказ помочь нашим бойцам, занявшим неприятельские блиндаж и окопы, закрепиться в них. Получив приказ, военнослужащие отправились на задание — одна группа шла впереди, вторая, которой командовал Вадим Кокарев, чуть позади. Но уже на этом маршруте все пошло не так, как планировалось.
Начался сильный обстрел местности из вражеских орудий и гранатометов. Оказалось, что враг хорошо к ней пристрелялся. На связь с Вадимом срочно вышел командир первой группы.

— Спартак, — сообщил он, — я ранен, бери на себя командование и моей группой.

К этому моменту раненые появились и в группе самого Кокарева. Поэтому он скомандовал военнослужащим объединенной группировки срочно отойти на безопасное расстояние и перегруппироваться, а сам отправился вперед, к находившемуся недалеко от боевых позиций врага блиндажу, занятому нашими бойцами.

Крошечное помещение оказалось заполненным ранеными военнослужащими. Вадим оценил обстановку, наметил безопасный или, как говорят сами армейцы, «чистый» маршрут, а затем передал его координаты своим подчиненным. И тут же организовал эвакуацию раненых из блиндажа. Тем, кто не мог самостоятельно передвигаться, помогали.

Вскоре подошли обе группы. Но стало понятно, что основная задача для них меняется. Вместо того, чтобы закрепиться на находящихся впереди вражеских позициях, требовалось их по новой отбить. Обе группы отправились на штурм и выбили врага из укреплений. Но и украинские националисты дорожили этими позициями. Они тут же обрушили на наших бойцов мощный огонь из танков, над позициями зависли тяжелые БПЛА, сбрасывавшие мины.

Такого рода бои, когда окопы и блиндаж переходили из рук в руки, продолжались три дня, пока у россиян не иссякли силы, ведь наши штурмовые группы были малочисленные.

Самому же Вадиму Кокареву пришлось срочно эвакуировать тяжелораненого бойца. Охоту за ним и раненым устроили несколько беспилотников, особенно старался один из операторов, направляя на медленно передвигающихся бойцов дрон-камикадзе. Понимая, что уйти невозможно, наш земляк подвел раненого к дереву.

— Укройся здесь, — попросил он, — а я постараюсь отвести от тебя дрон.

Но было поздно. Не успел Вадим сделать несколько шагов, как в метре от него завис беспилотник. Наш земляк словно в глаза взглянул застывшей перед ним летающей смерти. Но в последний момент своими движениями ему удалось слегка дезориентировать оператора БПЛА. Тот поспешно дернул вперед дрон-камикадзе, и он зацепился за одну из наклонившихся ветвей. Раздался взрыв. Осколки ударили Вадиму в левую руку и переломили ее в четырех местах. Боец ощутил сильнейшую контузию, звенело в ушах.

Раненому товарищу осколок нанес смертельный удар. Поэтому Вадим, придерживая повисшую руку, пошел к ближайшей деревне, где находились российские солдаты. Там ему оказали срочную помощь и уложили на пол в подвале.

А далее случилось непонятное. Рука была надежно забинтована и не кровоточила. А между тем с левой стороны образовывалась лужица крови. Вадима раздели до пояса. Тут и выяснилось, что в районе сердца есть еще одно ранение. Вероятно, крошечный осколок ударил в бок, прошел между ребрами и где-то  застрял.

Разбираться, что произошло, в полевых условиях было невозможно. Ему наложили повязку и помогли добраться до расположения своей воинской части. А там посадили в армейский УАЗ и повезли в Авдеевку. Внезапно Вадим увидел, как ехавший навстречу автомобиль остановился, из него начали выбегать бойцы. И тут же догадался, что позади летит вражеский дрон, который, скорее всего, охотится на них.
Так и оказалось. Но и в этот раз оператор БПЛА не рассчитал своих действий. Беспилотник ударил не в «УАЗик», а в землю позади машины. Сильный взрыв разрушил оба задних колеса, но люди остались живы, только сидевший на заднем сиденье военнослужащий, сопровождавший Вадима, получил легкое ранение. А водитель, не останавливаясь, на передних ведущих колесах потащил волочившуюся по земле заднюю часть и все-таки доехал к месту назначения.

В Авдеевке Вадиму оказали реальную медицинскую помощь и отправили в госпиталь в Оренбург. Еще позже его эвакуировали в один из медицинских центров Екатеринбурга.

В результате только спустя два месяца врачи всерьез занялись ранением в области сердца. Но медицинские снимки не позволяли с полной точностью сказать, где застрял осколок. И тогда кардиохирург задал вопрос самому Вадиму: что будем делать в первую очередь — операцию на сердце или на руке.

— Конечно же, на сердце, — ответил он. — Ведь от этого может зависеть моя жизнь.

Операция оказалась по настоящему уникальной. Когда вскрыли грудную клетку и вынули из нее сердце, выяснилось, что крошечный осколок застрял в перикарде — сердечной сумке, представляющей из себя тонкий, но плотный мешок, в котором находится сердце. Иными словами, сказать, что асбестовец ходил по острию ножа, значит, все равно не передать ту опасность, которая ему грозила. В сентябре 2025 года ветеран боевых действий был уволен со службы по инвалидности, возвратился домой, трудится оператором на Рефтинской ГРЭС. И продолжает поддерживать тесные контакты с военнослужащими своей части. Он активно участвует в сборе гуманитарной помощи. А недавно сам доставил на СВО гуманитарную помощь на автомобиле «Нива», который также остался в зоне боевых действий.

А сейчас реализует еще более значимый план, который не удалось осуществить, будучи командиром взвода. Еще находясь на СВО, Вадим пришел к выводу, что для бойцов вместо строительства каждый раз подземных землянок лучше соорудить многоразовое жилище. Для этого следует использовать металлический контейнер. Его можно отрыть из земли на старом и зарыть на новом месте, оборудовав для проживания. Сейчас удалось приобрести и доставить в Асбест морской просторный контейнер, который наполняется гуманитарной помощью. Решена и вся логистика — есть договоренность о его доставке спецтехникой на передовую. Даже оставаясь дома, ветеран находит возможности активно поддержать фронтовых друзей.

В. СИНЯВСКИЙ.
Фото предоставил В. КОКАРЕВ.
«Асбестовский рабочий» от 7 мая 2026 года.